Простое сочинение на тему "Оборона Севастополя от лица кубанца - участника событий"
Год тысяча восемьсот пятьдесят четвертый от рождества Христова. Пахло гарью и порохом, а еще морем, крепким и соленым, как слеза казака. Я, Микола, сын Кубани, казак станицы Елизаветинской, стоял на бастионе, вцепившись в свою берданку, словно в последнюю надежду. Севастополь, город русской славы, истекал кровью. Французы, англичане, сардинцы – черти полосатые – обложили нас со всех сторон. Небо затянуто дымом, земля дрожит от взрывов, и в ушах не смолкает этот проклятый вой ядер.
Помню, как пришел приказ. Собрали нас, казаков, крепких да статных, со всей Кубани. «В Крым! Севастополь в осаде! Враг у ворот!» – гремели слова войскового атамана. Сердце забилось тревожно, но и радостно. Русский человек всегда рад за правое дело постоять, за веру, за царя, за землю родную. Погрузились на брички, коней в поводу, да и потянулись на юг. Дорога длинная, пыльная, но дух у нас был крепок. Пели песни казачьи, вспоминали дома, семьи, но ни один не дрогнул. Знали, что предстоит битва не на жизнь, а на смерть.
В Севастополе нас встретили как родных. Город уже был в осаде несколько месяцев. Кругом разруха, голод, но люди держались. Матросы, солдаты, ополченцы – все как один грудью встали на защиту. Мы, казаки, влились в этот поток мужества и стойкости. Определили нас на один из бастионов, где и предстояло встретить супостата.
Бастионы мужества и крови
Бастион – это не просто куча земли и камней. Это рубеж, за которым Россия. Это место, где человек становится сильнее, где рождается подвиг. На нашем бастионе стояли и дрались насмерть матросы с корабля «Азов», солдаты Тарутинского полка, и мы, кубанские казаки. Командовал нами бравый капитан, фамилию уж и не упомню, но мужик был железный. Ни разу не видел, чтобы он струсил или растерялся. Всегда спокойный, уверенный, словно знал, что мы выстоим. Хотя знал ли? Вряд ли кто знал. Но верил. И мы верили ему.
Дни и ночи слились в один сплошной ад. Обстрелы не прекращались ни на минуту. Ядра ложились рядом, поднимая в воздух фонтаны земли и камней. Вокруг стоны раненых, крики умирающих. Но никто не отступал. Затыкали дыры в бастионе мешками с землей, выносили раненых, меняли убитых. И снова стреляли, снова заряжали, снова ждали новой атаки.
Однажды, помню, прилетело ядро прямо в наш блиндаж. Чудом все остались живы, но блиндаж разнесло в щепки. Меня засыпало землей, я думал – конец. Но товарищи откопали, отряхнули, дали хлеба кусок да глоток воды. И снова в бой.
В рукопашную схватку сходились часто. Французы лезли на бастион волнами, словно саранча. Мы отбивались штыками, саблями, прикладами, кто чем мог. Крики, стоны, хруст костей – все смешалось в дикой какофонии. Земля красная от крови. Страшно было, конечно, но страх отступал перед ненавистью к врагу. За землю свою, за народ свой, за веру свою дрались мы не щадя живота своего.
Память о героях жива в сердцах
Сколько их полегло, наших товарищей, на этих бастионах! Молодые ребята, казаки, матросы, солдаты. Всех не перечесть. Но память о них жива в наших сердцах. Они отдали свои жизни за Севастополь, за Россию. Они – герои.
Видел я смерть во всех ее проявлениях. Видел, как молодые парни уходили в вечность с улыбкой на устах, произнося имена матерей. Видел, как старые солдаты умирали молча, сжимая в руке крестик. Видел, как люди теряли веру, но потом находили ее снова, в молитве, в товарищеской поддержке, в любви к Родине.
Однажды я сам был тяжело ранен. Осколок ядра попал мне в ногу. Помню, как меня выносили с бастиона, как все вокруг плыло и темнело. Очнулся я в лазарете, в подвале, где стонали и метались сотни раненых. Врачи и сестры милосердия работали не покладая рук, но их все равно не хватало. Людей умирали, не дождавшись помощи.
Я долго лежал в лазарете. Нога болела страшно, но я старался не стонать. Рядом со мной лежал матрос лет двадцати. У него была прострелена грудь. Он тихо стонал и просил пить. Я помог ему напиться, поговорил с ним. Он рассказал мне о своей семье, о невесте, о мечтах. А наутро он умер.
Выздоровел я чудом. Нога так и осталась немного покореженной, но я снова смог ходить и даже бегать. И снова вернулся на бастион.
Последние дни осады
Осада Севастополя длилась долгих одиннадцать месяцев. Одиннадцать месяцев ада, одиннадцать месяцев мужества и героизма. Французы и англичане не жалели ни людей, ни снарядов. Они пытались взять город измором, разрушить его до основания. Но Севастополь стоял.
Видели мы и Нахимова, адмирала, гордость российского флота. Он часто приезжал на наш бастион, ободрял нас, говорил слова поддержки. Он сам был примером мужества и стойкости. Но и его сразила вражеская пуля. Смерть Нахимова стала тяжелым ударом для всех нас.
Но даже после этого мы не сдавались. Знали, что рано или поздно придется отступить, что Севастополь не удержать. Но мы продолжали драться до последнего. Приказ об отступлении пришел внезапно. Нас приказали взорвать бастионы и отходить на северную сторону. Это было самое тяжелое решение. Оставить город, за который пролито столько крови, оставить могилы товарищей – это было невыносимо больно.
Взрывали бастионы ночью. Грохот был страшный. Земля дрожала, как в лихорадке. Казалось, что сам ад разверзся под ногами. Мы отходили в темноте, сквозь дым и пламя. Нас обстреливали, но мы шли вперед, не оглядываясь.
Кубанский след в Крымской войне
Отступили мы на северную сторону Севастополя. Там нас встретили сочувственно, накормили, обогрели. Но радости никакой не было. Мы потеряли Севастополь.
После окончания Крымской войны я вернулся на Кубань. Долго не мог забыть увиденное и пережитое. Сны мучили ночами. Но постепенно раны зажили. Женился, обзавелся хозяйством, детьми.
Но память о Севастополе, о товарищах, о войне – она осталась со мной навсегда. Я рассказывал своим детям и внукам о тех событиях, о мужестве русских солдат и матросов, о героизме кубанских казаков. Чтобы помнили, чтобы знали, какой ценой досталась им свобода и мир.
Многие мои станичники тоже вернулись с войны. Кто с ранами, кто без, но все с помутневшим взглядом и обожженной душой. Мы часто собирались вместе, вспоминали пережитое, пели песни казачьи. И в каждой песне звучала боль о павших товарищах, о потерянном Севастополе.
Крымская война – это трагическая страница в истории России. Но это и страница героизма и стойкости. Русские солдаты и матросы, кубанские казаки – они показали всему миру, что такое русский дух. Они отдали свои жизни за свою Родину, за свою веру, за свой народ. И их подвиг никогда не будет забыт. Об этом нужно помнить всегда, и передавать потомкам, чтобы земля русская стояла во веки веков!