Что будет рассказывать Хлестаков соседям-помещикам о своем пребывании в городе N?
Ну-с, господа, куда ни кинь, всюду клин! А я вот, признаться, не ждал, что так оно повернётся. Кто бы мог подумать, что моя скромнейшая персона вызовет такой фурор! Город N, говорите? Да это, братцы, не город, а сплошной бенефис! Просто комедия дель арте, где я, разумеется, в главной роли. Вы, небось, думаете, провинция, глушь? Как бы не так! Там такие страсти кипят, такие интриги плетутся, что любому столичному завсегдатаю впору позавидовать.
Вышел я, значит, из кибитки, ещё толком не продрав глаза, а меня уже встречают, как вернувшегося из-за моря принца. Представляете, целая делегация! Городничий, само собой, весь дрожит, как осиновый лист. Видно, чует за собой грешки. А грешков-то, я вам скажу… Ох, сколько их там! Город чуть ли не по швам трещит от воровства и взяточничества. Но об этом позже.
Делегация, значит, стоит, кланяется в пояс, чуть ли не землю лбом роет. Говорят: "Иван Александрович, честь для нас великая, что вы к нам заглянули! Мы, так сказать, готовы… э-э… оказать всяческое содействие в вашем, так сказать, пребывании". "Что ж, – говорю я, – содействуйте. Я человек неприхотливый, но порядок люблю". И тут началось!
Сначала меня, значит, запихнули в лучшую гостиницу. Лучшую, это, конечно, громко сказано. Но по сравнению с тем притоном, где я до этого ночевал, это был настоящий дворец. Номер – просторный, светлый, мебель – новенькая. Правда, клопы ночью так и лезли, спасу нет. Но я не жаловался. Не хотелось огорчать этих провинциальных чудаков.
Потом меня повезли осматривать город. Город, надо сказать, так себе. Грязь, пыль, покосившиеся домишки. Но городничий так распинался, так нахваливал, что мне даже стало его немного жалко. Он мне, между прочим, говорил, что это самый благоустроенный город в губернии. Ну, если это так, то я боюсь представить, что там в остальных!
Зато, господа, что касается угощения… Тут они постарались на славу! Каждый день – пиры горой. И чего только не было на столах! Дичь всякая, рыба заморская, вина французские… Я, признаться, даже немного устал от этого чревоугодия. Но как было отказать? Обидеть этих добряков никак нельзя было.
А самое главное, знаете что? Все меня принимали за важную персону. За кого – они толком и сами не знали. То ли за ревизора, то ли за генерала, то ли вообще за самого… Ну, вы понимаете, о ком я. И я, разумеется, не спешил их разуверять. Мне даже стало интересно, куда это всё заведёт.
В гареме провинциальных красавиц
Ну-с, господа, перейдем к деликатным материям. Вы же понимаете, что в таком городе, где меня принимали как самого дорого гостя, не могло обойтись без дамского внимания. И, должен вам сказать, внимания этого было предостаточно!
У городничего, сами знаете, жена и дочь. Дамы, скажем так, весьма… энергичные. Обе, как мухи на мёд, слетелись ко мне. То одна комплимент отвесит, то другая взгляд бросит. А взгляды, я вам скажу, были такие, что прям дух захватывало!
Марья Антоновна, дочка, барышня ещё совсем молоденькая, но уже с характером. Вся такая томная, мечтательная, стихи пишет. Правда, стихи, признаться, так себе. Но зато очень мило краснеет, когда я их хвалю. А Анна Андреевна, матушка, дама уже в годах, но ещё полна огня. Глаза горят, речь быстрая, движения резкие. Видно, что привыкла командовать.
Обе, разумеется, пытались меня всячески расположить к себе. То одна кружева вышивает и мне в подарок подносит, то другая пироги печёт и сама же угощает. Я, будучи человеком крайне вежливым, принимал все знаки внимания с благодарностью. И, конечно же, не забывал отвешивать комплименты.
И знаете, что самое интересное? Обе они страшно ревновали друг к другу! Стоило мне один комплимент сказать Марье Антоновне, как Анна Андреевна тут же начинала демонстративно вздыхать и делать вид, что ей стало дурно. А стоило мне похвалить пироги Анны Андреевны, как Марья Антоновна тут же начинала закатывать глаза и жаловаться на головную боль.
Наблюдать за этими женскими уловками было очень забавно. Я чувствовал себя настоящим султаном в гареме! И, конечно же, старался поддерживать интригу. То одной улыбнусь, то другой глазком подмигну. В общем, скучать мне не приходилось.
А кроме них, вокруг меня постоянно вились всякие дамочки полегче. То купчихи, то чиновничьи жёны. Все хотели засвидетельствовать своё почтение и, конечно же, выпросить какую-нибудь протекцию. Я старался быть со всеми любезным, обещал всем, что смогу. Ну, вы же понимаете, как это всё делается.
В общем, в женском внимании я точно не испытывал недостатка. И, признаться, это было очень приятно. Особенно после той голодной и холодной жизни, что я вёл до этого.
Городничий и прочие страждущие: Исповедь грешников
Ах, господа, если бы вы только знали, сколько ко мне ходило просителей! Каждый чиновник, каждый купец, каждый помещик считал своим долгом засвидетельствовать своё почтение и, конечно же, попытаться подкупить меня.
Городничий, само собой, был самым настойчивым. Он приходил ко мне чуть ли не каждый час. То с отчётами, то с жалобами, то с… э-э… подарками. Подарки, надо сказать, были весьма щедрые. То дорогое вино, то заморские фрукты, то изысканные сладости. Я всё принимал с благодарностью. Нельзя же было обижать человека!
Признаться, я даже немного начал ему сочувствовать. Видно было, что он смертельно боится ревизии. Он постоянно твердил мне о том, какой у него честный и неподкупный город. Но я-то видел, что это всё ложь!
А кроме городничего, ко мне ходили и другие чиновники. Судья, например. Тот вообще был какой-то странный. Постоянно пьяный, бормочет что-то невнятное. Говорит, что у него в суде дела не двигаются, потому что все бумаги испортились от плесени. Ну, разве это не смешно?
Почтмейстер тоже приходил. Пытался выведать, что я думаю о местной прессе. Я ему сказал, что пресса у них очень хорошая. Очень… правдивая. Он, кажется, поверил.
А ещё приходили купцы. Жаловались на городничего, говорили, что он их обирает. Просили помощи и защиты. Я им обещал разобраться. Но, разумеется, ничего не сделал.
И все, абсолютно все, пытались дать мне взятку. Кто деньгами, кто вещами, кто услугами. Я, разумеется, отказывался. Ну, вы же понимаете, что ревизор не должен брать взятки. Это компрометирует.
Но если честно, то я соблазнялся. Деньги мне были очень нужны. Я же, как вы знаете, человек небогатый. Но я держался. Я играл свою роль до конца.
В общем, город N – это настоящий клондайк для таких людей, как я. Там можно жить на широкую ногу и ни о чём не беспокоиться. Главное – уметь играть свою роль. А я, как вы знаете, актёр от бога.
Игры в ревизора: Блеф и импровизация
Господа, а вы представляете, как я веселился, играя роль важной персоны? Это был самый настоящий театр абсурда! Я говорил что попало, делал что взбредёт в голову, и все мне верили!
Я, например, мог зайти в магазин и потребовать самую дорогую вещь. И мне её, разумеется, давали бесплатно. Я мог сесть в лучшую карету и велеть кучеру везти меня куда угодно. И кучер вез меня, не смея перечить.
Я мог войти в любой дом и потребовать, чтобы меня угостили самым лучшим обедом. И меня угощали, да ещё и кланялись в пояс.
Я мог накричать на городничего и пригрозить ему ссылкой в Сибирь. И он, не зная куда себя деть от страха, кидался выполнять мои распоряжения.
В общем, я чувствовал себя настоящим повелителем. Все дрожали передо мной, все боялись меня. А я просто наслаждался моментом.
Самое смешное было то, что я сам не понимал, за кого меня принимают. То ли за ревизора, то ли за генерала, то ли вообще за кого-то из столичных чиновников. Но я старался соответствовать всем образам.
Я говорил громким голосом, делал важный вид, сыпал умными фразами. И все верили, что я – очень важный человек.
Иногда мне даже становилось немного стыдно. Ведь я обманывал этих людей. Но потом я вспоминал, как они все лживы и корыстны, и мне становилось легче.
Пусть знают, каково это – быть обманутым! Пусть почувствуют на своей шкуре, как это – бояться и трепетать. Пусть поймут, что не всё в этом мире покупается и продаётся.
В общем, игра в ревизора была для меня настоящим развлечением. Я от души повеселился в городе N. И, признаться, немного даже жаль, что всё так быстро закончилось.
Побег из счастливого города: Расплата близка
Но, господа, как говорится, всему хорошему приходит конец. И моя счастливая жизнь в городе N тоже подошла к концу.
В один прекрасный день я получил письмо от своего приятеля Тряпичкина. Он писал мне, что в городе узнали, кто я такой на самом деле. И что меня скоро арестуют.
Я, разумеется, испугался. Арест – это не шутки. Тем более, что я натворил в городе N столько дел, что мне могли запросто впаять несколько лет тюрьмы.
Поэтому я решил бежать. Бежать немедленно, пока меня не схватили.
Я собрал вещи, написал прощальное письмо Марье Антоновне и Анне Андреевне (обеим сразу, чтобы никого не обидеть) и, незаметно выскользнув из гостиницы, сел в первый попавшийся дилижанс.
Дилижанс тронулся, и я, обернувшись, посмотрел на город N в последний раз. Я почувствовал облегчение. Я спасся!
Но в то же время мне было немного грустно. Ведь я оставлял в этом городе столько всего: славу, почтение и, конечно же, двух прелестных дам.
Но что поделать? Жизнь есть жизнь. И надо уметь вовремя уносить ноги.
Я уверен, что впереди меня ждёт ещё много приключений. И я обязательно найду ещё один город, где меня будут принимать как самого дорогого гостя.
А город N… Что ж, пусть они ждут ревизора дальше. Пусть гадают, кто я такой был на самом деле. Пусть перемывают мне косточки.
Мне всё равно. Я уже далеко. И я больше никогда не вернусь в этот город.
Хотя… Кто знает? Может быть, когда-нибудь…
Послесловие: Уроки провинциальной комедии
Ну-с, господа, вот и вся моя история о пребывании в городе N. История, надо сказать, весьма поучительная.
Она учит нас тому, что не стоит верить всему, что видишь и слышишь. Она учит нас тому, что люди часто носят маски и скрывают свои истинные намерения. Она учит нас тому, что в жизни всегда есть место для абсурда и комедии.
И, конечно же, она учит нас тому, что надо уметь смеяться над собой и над своими слабостями.
Я, например, смеюсь над своей легковерностью и своим желанием казаться лучше, чем я есть на самом деле. А вы, господа, над чем смеётесь?
В любом случае, история о городе N – это не просто анекдот. Это зеркало, в котором отражается наша жизнь. И если мы внимательно посмотрим в это зеркало, то мы обязательно увидим в нём что-то знакомое.
Что-то, что заставит нас задуматься. Что-то, что заставит нас измениться.
А если нет, то… что ж, значит, мы просто не увидели своего отражения. Значит, мы ещё не готовы к правде.
Но я надеюсь, что это не так. Я надеюсь, что моя история заставит вас хотя бы немного задуматься о своей жизни.
И если это произойдёт, то я буду считать, что моя миссия выполнена.