А если бы Воланд сегодня посетил наш город?
Вечер набирал силу. Звенящий ноябрьский воздух города, словно пронизанный незримым электричеством, наполнялся спешащими домой прохожими, шумом машин, огнями витрин и редкими велосипедистами, отваживающимися ехать в это время года. Совсем недавно был закат, но теперь ночное небо уже заволокли низкие облака, не предвещающие ничего хорошего.
Если бы Воланд посетил наш город сегодня, произойти могло бы что угодно. Представьте себе: на улицах начинают твориться странности. В витринах магазинов проступали бы жутковатые отражения, которых не должно было быть. На углах улиц внезапно появлялись бы оркестры, играющие странные и завораживающие мелодии. Люди, застывая на мгновение, начинали бы улыбаться невидимым собеседникам, не понимая, что с ними происходит.
Воланд мог бы пройтись по широким проспектам, его острый силуэт выделялся бы на фоне городской суеты. Прогуливаясь по бульварам, он наблюдал бы за суетливыми толпами человеков, современными, но во многом такими же, как и в те времена, когда ему довелось посетить Москву. Его черные глаза сверкают любопытством и смешанным оттенком древнего, вечного знания, недоступного смертным.
Центральная площадь города оказалась бы той самой сценой, на которой он и его свита устроили бы свои магические представления. Свежая афиша цирка давала бы невероятное представление на вечер, которого никто не ждал. Безмолвный Бегемот, теперь в кожаном пальто и с модной шляпой на голове, развлекался бы, прячась в толпе и притворяясь бесцеремонным туристом. Гелла появлялась бы поразительно красочна в современном наряде, очаровывая всех, кто попадался на её пути.
Город начинал бы вибрировать на частоте сумасшествия и магии. Ценители искусства всей округи были бы приглашаемы на таинственное собрание в данном лишь на одну ночь театре. Объявления обещали возвышенные удовольствия, красочные и завораживающие представления, коих ранее не видывали.
Но ночь эта, таинственная и непредсказуемая, несла бы в себе и мрак. Время некоторых могло бы остановиться, что-то, казавшееся важным, превратилось бы в пыль на ковре. Воланд посетил наш город не ради праздности, но обостряя чуткость людей к тому, что ни деньги, ни современность, ни быт не смогут скрыть людские души, вечно тянущиеся к свету и тьме.
Когда ночь плавно переходила бы в рассвет, еще не уставший наблюдать за делающими первые шаги учениками и мастерами, Воланд и его свита так же неожиданно, как и появились, исчезли бы, оставив после себя лишь шлейф вопросов и загадок, предлагая нашему городу вновь и вновь разгадывать эти сложные, но удивительные рифмы судьбы.
И, кто знает, может, именно эта встреча и заставила бы кого-то задуматься, изменить свою жизнь, пересмотреть привычный уклад - ведь магия настоящая, дьявольская или не дьявольская, она в каждом из нас.