Пьеса "На дне": спор о правде человека. Сатин
Действие тридцатое
Картина: темный угол ночлежки, где тускло светит лампа. На заднем плане виднеются рваные занавеси, старые кровати и скамейки. В центре комнаты сидит в тени Артем, глядя в пространство. За столом напротив – Сатин, расстеливший карты, сложенные стопкой.
Сатин (размышляя вслух): Да, Артем, вот такая правда на этом свете… Правда – это зуница, обо что ломаются судьбы.
Артем (не отрывая взгляда от пустоты): И как же ее понять… ту правду? Нам всем дано искать её, но не каждому постичь.
Сатин (с горькой улыбкой): Правильно говоришь. Искать и не находить – вот занятие для простого человека. Видишь, товарищ, нам-то взгляд другой дали, затуманенный этой гнилью жизни, что нас окружает.
Артем (вздыхая): На дне, Сатин, всегда так. Слишком темно здесь, чтобы различить истину.
Сатин (ставя карты в линию): И тем не менее, мы сами выбираем свою дорогу. Одна правда у меня, другая – у тебя. Сколько людей, столько и правд. Важны ли они?
Артем (с горечью): Важны… для души. Человек ведь слаб, ему бы веру во что-то нужное, светлое… Вот только где та правда, которая бы всех исцелила?
Сатин (наклоняясь ближе, серьезно): Правда… да её нет единой. Каждый свою выходит. Вот ты, Артем, веришь ведь, что порядка вот в этом земном хаосе нет ни малейшего?
Артем (твердо): Верю. Видел на своем веку слишком много алчности, лжи и предательства…
Сатин (усмехнувшись): Верно. И вот она, твоя правда. Моя же в том, что человек создает свою реальность, как он видит её. Не хочешь грязи – очищай её вокруг себя. А хочешь жить – живи, несмотря ни на что. Жизни конец – вот единственная объективная правда.
Артем (пожимая плечами): И что же, выходит, что вся наша борьба бессмысленна?
Сатин (откладывая карты, глядя прямо в глаза Артему): Нет. В том-то и смысл, что жизнью своей, борьбой своёю человек правду-то и создает. Главное – жить. Жить, несмотря ни на что. Верить или не верить, но делать шаг за шагом. Вот она, правда-то… не вне, а внутри нас.
Артем (в задумчивости): Надеюсь, ты прав, Сатин. Надеюсь, что где-то там, в глубине души, все мы найдем свою правду…
Тем не менее, диалог замолкнет, останется еле слышимый шепот ночлежки, звуки, заполняющие пространство, как эхо души. Мы не станем свидетелями истины, лишь её поисков, растущих в темноте и тьме этого мира.