Сочинение Чем страшны муки совести (по произведению «Мастер и Маргарита»)

Некоторые люди думают, что самое страшное в жизни – это физическая боль или страх смерти. Но есть боль, которая не видна снаружи, которая не оставляет следов на теле, но она может медленно и неотвратимо разрушить человека изнутри. Эта боль – муки совести. Она страшна тем, что она не уходит, она живет внутри, как наказание, которое ты сам себе назначил, и от которого нет лекарства. Прочитав великую книгу Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», я понял, что именно муки совести, а не злые духи или проклятия, могут стать самым тяжелым испытанием для человека.
В романе есть персонаж, который, казалось бы, не совершил ничего ужасного – он просто написал статью. Это Михаил Александрович Берлиоз, председатель МАССОЛИТа. Он был уверенным в себе человеком, руководителем, который считал, что все в мире можно объяснить логически. Он не верил в Бога, в чудеса, в душу. Он жил в мире простых и понятных правил. Но когда он встретился с Воландом на Патриарших прудах и услышал странный рассказ о Иешуа Га-Ноцри, в его твердой уверенности что-то дрогнуло. Воланд не угрожал ему, не делал ничего плохого. Он просто рассказал историю и предсказал его смерть. Берлиоз испытывал не страх перед физической опасностью, а какое-то глубочайшее внутреннее смятение. Он пытался отмахнуться от этих мыслей, но они уже поселились в нем. Может быть, это были первые, еще неясные муки совести? Муки за то, что всю жизнь он жил, не задумываясь о важных вопросах, отвергая всё, что не поддается измерению? Его смерть под колесами трамвая была быстрой, но страшнее, мне кажется, были те минуты внутреннего сомнения, когда его железная уверленность в себе рухнула.
Но самый яркий пример мук совести в романе – это, конечно, прокуратор Иудеи Понтий Пилат. Он сильный, властный человек, который решает судьбы тысяч людей. Он встречается с нищим философом Иешуа, который говорит простые, но такие странные слова: все люди добрые, правда всегда побеждает, трусость – самый большой грех. Пилат хочет спасти этого странного человека, потому что чувствует, что он не виноват, и даже потому, что его слова трогают что-то в его душе. Но он испытывает страх. Не страх перед разбойником или восстанием, а страх потерять свою власть, свой статус. И он совершает то, что считает необходимым, но против своего внутреннего чувства – утверждает смертный приговор для Иешуа. В тот момент он думает, что поступает правильно как правитель.
А потом начинается самое страшное. Пилат не заболевает, его никто не казнит. Он остается прокуратором. Но с этого дня он начинает мучиться. Он видит сны, в которых идет по бесконечной лунной дороге с Иешуа и они говорят о том, что не было страданий, что все можно было исправить. Но это только в снах. В реальности он один. Его муки совести – это пожар, который горит внутри, но не сжигает тело. Он тысячу раз прокручивает в голове тот день, думает, как все могло быть иначе. Он понимает, что совершил главный грех – грех трусости, который сам Иешуа назвал самым страшным. Пилат мучается не потому, что кто-то его обвиняет, а потому что он сам себя обвиняет каждый день, каждую ночь. Это наказание без конца, без надежды на прощение. Булгаков показывает это так ярко, что мы чувствуем эту тяжесть на своей душе. Пилат хочет одного – поговорить с Иешуа еще раз, сказать ему, что он изменил решение, что он не трус. Но этого никогда не будет. Муки совести страшны именно этой невозможностью исправить прошлое, этой вечной пыткой воспоминаниями.
Еще один герой, который испытывает муки совести – это поэт Иванушка Бездомный. Сначала он просто пишет плохие стихи и верит в то, что ему говорят. Но встреча с Воландом и история Мастера переворачивают его жизнь. Он видит, как его друзья и коллеги из МАССОЛИТа живут в мире ложных ценностей, как они предали настоящего писателя – Мастера. Иван начинает понимать, что он тоже был частью этой системы, что его стихи были ложными, что он не пытался думать своей головой. Его муки совести – это муки прозрения. Он не совершил большого преступления, но он жил неправильно. И теперь он пытается измениться, становится профессором истории Иваном Николаевичем. Но и он, мне кажется, всю жизнь будет помнить тот момент, когда он понял, как много времени он прожил в заблуждении. Эти муки менее острые, чем у Пилата, но они тоже меняют человека навсегда, делают его неспособным вернуться к прошлой легкой жизни.
Сама Маргарита тоже проходит через страдания. Но ее страдания – это больше страдания любви и потери. Однако и в ее истории есть момент, связанный с совестью. Когда она становится королевой на балу Воланда и встречает самых отвратительных грешников истории, она не испытывает к ним страха, но она видит, как страшны могут быть последствия злых дел. И когда ей дают возможность просить что-то для себя, она просит не для себя, а для несчастной Фриды, которая мучается за своего ребенка. Маргарита понимает ценность прощения, ценность освобождения от мук совести. Она видит, что даже после смерти душа может мучиться, если на земле было совершено что-то неправильное.
В романе есть и обратная сторона – люди, которые не испытывают мук совести. Это, например, администраторы из МАССОЛИТа или критики, которые гнали Мастера. Они живут легко, они не думают о своих плохих делах. Но Булгаков показывает, что их отсутствие совести – это тоже ужасное состояние. Они пусты внутри, они не люди в полном смысле слова. Их наказание – не внутреннее, но Воланд и его свита показывают им всю пустоту и ничтожество их жизни. Может быть, муки совести – это даже признак того, что в человеке еще есть душа, что он еще может чувствовать и страдать за свои ошибки.
Так почему же муки совести так страшны? Во-первых, они не имеют конца. Физическая боль проходит, страх перед опасностью исчезает, когда опасность миновала. Но муки совести могут длиться годы, десятилетия, всю жизнь. Они приходят ночью в снах, они приходят в минуты покоя, когда ты пытается забыться. Они – тень, которая всегда за спиной. Во-вторых, от них нельзя убежать. Можно убежать от врага, скрыться от наказания, но от себя, от своей памяти нельзя скрыться. Ты всегда носить свою совесть внутри себя. В-третьих, они разрушают не тело, а самую основу человека – его душевный покой, его веру в себя, его способность быть счастливым. Пилат после казни Иешуа никогда не будет счастлив, даже если он останется самым могущественным прокуратором.
В конце романа Мастер получает покой. Не свет, не рай, а покой. Покой – это именно то, чего нет у человека, мучающегося совестью. И Мастер получает его, потому что он страдал, но он не совершил греха трусости, он не предал свою веру в искусство и любовь. Он сохранил свою совесть чистой, даже если его сожгли книгу и выгнали из жизни. Пилат тоже, после двух тысяч лет мук, получает возможность прощения и идет по той лунной дороге с Иешуа, чтобы поговорить с ним наконец. Это значит, что муки совести могут закончиться только прощением, только искуплением. Но это искупление должно прийти изнутри и из высших сил, и оно требует огромного страдания.
Когда я закрыл книгу «Мастер и Маргарита», я понял, что Булгаков написал не просто фантастическую историю о дьяволе в Москве. Он написал глубокое исследование человеческой души. Он показал, что самые страшные монстры живут не под кроватью, а внутри нас, когда мы поступаем против голоса своей совести. Муки совести страшнее любого внешнего наказания, потому что они превращают жизнь в бесконечный суд, где ты – и судья, и преступник. И единственный способ избежать этих мук – стараться жить так, чтобы потом, в тишине своей комнаты или в глубине своей памяти, не было того тяжелого чувства, которое не дает спать и которое напоминает: ты мог сделать лучше, ты должен был сделать иначе. Жить по совести – это не просто правило из учебника, это единственная защита от самого страшного внутреннего огня, который может сжечь душу.