Сочинение Всегда ли мечта — это что-то высокое?

Что такое мечта? Учителя в школе часто говорят нам о великих мечтателях: о Циолковском, который грезил о полетах к звездам, о Ломоносове, стремившемся к знаниям, о врачах, мечтающих победить неизлечимые болезни. На уроках литературы мы читаем о героях, чьи мечты возвышенны и прекрасны. И тогда в голове складывается ощущение, что мечта — это обязательно что-то грандиозное, далекое, почти недосягаемое. Что-то, что меняет мир. А если твоя мечта не такая? Значит ли это, что она не настоящая, не важная, не стоящая?
Я долго думал над этим вопросом и пришел к выводу, что нет. Мечта не всегда бывает высокой в привычном нам понимании. Иногда она тихая, простая, домашняя. И от этого она не становится менее ценной. Попробую объяснить на примерах.
В детстве моей самой заветной мечтой был велосипед. Не красный гоночный, а самый обычный, с корзинкой спереди. Мне снилось, как я катаюсь по двору, чувствуя ветер в лицо, как еду в библиотеку, положив книги в эту самую корзинку. Для взрослых это была просто вещь, а для меня — целый мир свободы и самостоятельности. Эта мечта не стремилась изменить человечество, но она изменила меня. Когда я наконец получил велосипед, я научился держать равновесие не только на дороге, но и в жизни: ставить цель, копить, ждать, беречь то, что имеешь. Разве это не важно?
А еще я вспоминаю свою бабушку. Ее мечта, о которой она иногда рассказывает, всегда была одной и той же: чтобы все ее дети и внуки были здоровы и жили дружно. Чтобы за большим столом в праздник собиралась вся наша шумная семья. Кажется, что может быть проще? Но чтобы эта мечта сбывалась, бабушка каждый день прикладывает невидимые усилия: звонит всем, помнит дни рождения, мирит тех, кто поссорился, готовит наши любимые пироги. Ее мечта — это не точка в будущем, а непрерывное, ежедневное творение тепла и уюта. Она не смотрит в небо, она смотрит на нас, и в ее глазах светится целая вселенная. Разве такая мечта не высока? По-моему, она выше многих других, потому что ее основа — любовь.
Бывают и мечты-спасательные круги. У меня есть друг, семья которого переживала трудные времена. Его отец долго искал работу, дома витала тревога. И тогда мой друг мечтал… просто о спокойном вечере. О том, чтобы за ужином все улыбались, а не молчали, хмуря брови. Он мечтал услышать отцовский смех. Эта мечта о простом человеческом счастье, о мире в своем маленьком мире, была для него опорой. Она помогала ему быть сильнее, хорошо учиться, чтобы не огорчать родителей. Она была невысокой с точки зрения масштаба, но бездонно глубокой по человеческому смыслу.
Конечно, высокие мечты, устремленные к открытиям и подвигам, двигают вперед все человечество. Без них мы бы до сих пор жили в пещерах. Они как мощные маяки, указывающие путь всему кораблю цивилизации. Мы восхищаемся ими, и это правильно.
Но ведь корабль состоит из множества кают, кубриков, трюмов. И в каждом из них живут свои, личные мечты матросов, кока, механика. Один мечтает, чтобы вахта прошла спокойно, другой — получить письмо из дома, третий — освоить новое ремесло. Без этих маленьких, будничных устремлений не было бы общей слаженной работы команды. Маяк важен, но так же важны и теплый свет в иллюминаторе, и порядок на палубе.
Мечта мальчика вырастить самый большой подсолнух на даче — это ведь тоже чудо. Он лелеет росток, защищает его от птиц, поливает. Он мечтает увидеть желтый цветок, похожий на солнце. В этой мечте нет ничего глобального, но в ней есть стремление к созиданию, терпение, забота. Разве эти качества хуже, чем у великого изобретателя? Они — того же порядка, просто в меньшем масштабе.
Иногда высокую мечту даже трудно отличить от простой. Вот девчонка из нашего класса страстно мечтает танцевать на сцене Большого театра. Со стороны это кажется звездной и недосягаемой высотой. Но для нее сама мечта заключена не в славе, а в возможности выразить музыку движением, превратить тяжелый труд у станка в невесомый полет. Ее высокая цель рождается из простой, почти детской любви к танцу, к тому чувству, когда кружишься просто так, от радости. Получается, великое вырастает из малого, как могучее дерево из незаметного семечка.
Бывает и наоборот: то, что кажется мелкой мечтой, на поверку оказывается частью чего-то огромного. Человек мечтает сделать ремонт в своей скромной квартире. Копит, выбирает обои, делает перестановку. А на деле он создает Дом — место, где его детям будет уютно и безопасно, где будут собираться друзья. Он строит не просто интерьер, он строит крепость для своей семьи, островок добра в большом, иногда суровом мире. Разве это не высокое предназначение?
Так всегда ли мечта — это что-то высокое? Я думаю, что мечта — это прежде всего то, что делает человека человеком. Она заставляет нас смотреть вперед, надеяться, стараться. Высота мечты — дело относительное. Для космонавта высока мечта о новой планете, а для его матери, провожающей его в полет, высока и свята мечта о его возвращении. Они не противоречат друг другу, они дополняют одна другую.
Главное, чтобы мечта была твоей, искренней. Чтобы она не вредила другим, а, наоборот, делала хоть каплю добра — тебе самому, твоим близким, а может быть, и незнакомым людям. Мечтать о пятерке по сложному предмету, чтобы порадовать родителей, — это прекрасно. Мечтать научиться играть на гитаре и петь песни у костра для друзей — замечательно. Мечтать посадить дерево под окном, которое будет расти вместе с тобой, — это тоже маленькое чудо.
Поэтому не стоит стесняться своих «невысоких» мечтаний. Иногда именно они, как ручейки, сливаются в полноводную реку большой общей мечты о счастливой и хорошей жизни. Мир держится не только на гениях с их грандиозными идеями, но и на миллионах простых людей, которые мечтают о мирном небе, о здоровье своих детей, о том, чтобы их труд был нужен. Эти мечты — фундамент, на котором возводятся все храмы будущего.
В конце концов, жизнь состоит из простых моментов. И мечтать о том, чтобы в этих моментах было больше света, тепла, понимания и красоты, — это, пожалуй, самая человечная и самая нужная мечта из всех. Она не бьет рекорды, не попадает в учебники, но именно она делает нашу обыденную жизнь настоящей, наполненной смыслом и тихой, никому не видимой радостью. А в этом, как мне кажется, и заключена ее особая, непреложная высота.