Образ женщины в лирике Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо»

Великая поэма Николая Алексеевича Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» — это не просто путешествие семи мужиков по Руси в поисках счастливого человека. Это глубокое исследование русской души, её боли, её надежд и её силы. И, пожалуй, самые сильные, самые пронзительные страницы этой поэмы посвящены женщине. Некрасов, которого по праву называют певцом народного горя, с особой, щемящей нежностью и бесконечным уважением пишет о русской крестьянке. Её образ для него — это символ всей страдающей России, но в то же время и символ её неистребимой духовной красоты, терпения и жертвенной любви.
Когда странники начинают свой поиск, они быстро понимают, что среди «власть имущих» счастья нет. И тогда их взор обращается к народу. И первой, кто по-настоящему поражает их своим рассказом, становится крестьянка Матрёна Тимофеевна Корчагина. Её глава, которая так и называется — «Крестьянка», — это целая поэма внутри поэмы, исповедь сильной женской души. Мужички, услышав, что губернаторша помогла какой-то бабе, сразу решают: вот она, счастливица! Но история Матрёны показывает, как обманчива внешняя сторона жизни.
Матрёна рассказывает о своей судьбе без прикрас. Её детство в родительском доме вспоминается как золотая пора: труд, но труд в любви и заботе. Она была «счастливицей» среди девушек. Но замужество, как это и было принято, перечеркивает всё. Она попадает «в ад» в чужую семью, где свекровь, деверья и золовки всячески притесняют молодую сноху. Здесь Некрасов с потрясающей точностью рисует быт большой крестьянской семьи, где молодуха — последний человек, работающий больше всех и не имеющий права на голос. «В работу уходишь — одна, с работы приходишь — одна», — горько замечает Матрёна. Её красота и сила уходят в бесконечный, изматывающий труд.
Но главные испытания — это испытания материнским горем. История с Федотушкой, которого должны были высечь за то, что отдал голодной волчице овцу, показывает невероятную материнскую жертвенность. Матрёна ложится под розги вместо сына, спасая и его, и, как ни странно, свою материнскую гордость. А потом приходит самое страшное — смерть первенца, маленького Демушки. Описание этой трагедии написано кровью сердца. Некрасов не боится показать физиологичность, страшную реальность крестьянского быта, где ребёнка оставили со стариком, а тот недосмотрел. Горе Матрёны вселенское, она оплакивает не только сына, но и ту часть своей души, что умерла с ним. Даже природа, к которой она всегда была близка, сочувствует ей: солнышко «жалеет» её, деревья «скорбят».
И вот, казалось бы, после таких ударов судьбы можно сломаться. Но Матрёна не ломается. Кульминацией её истории становится эпизод со спасением мужа от рекрутчины. Она ночью, одна, босиком бежит в город, ищет правды, добивается приёма у губернаторши и падает ей в ноги. Эта сцена — акт величайшего мужества. Не сила кулаков, а сила любви, отчаяния и материнства (она была беременна) помогает ей совершить невозможное. Мужа спасают, а её с этого момента величают «губернаторшей». Казалось бы, вот оно, счастье! Но сама Матрёна на вопрос странников: «Ты счастлива?» — отвечает долгим, горьким молчанием, а потом предлагает им заглянуть в её душу, куда «ключи от счастья женского» давно потеряны.
Что же это за «ключи»? Некрасов перечисляет их: покой, честь и деньги. Но ни одного из этих «ключей» у крестьянки нет. Нет покоя в вечном труде и страхе за семью. Нет особой чести — её могут унизить свекровь или староста. Нет денег. Её счастье — иного рода. Это счастьо выстоять, сохранить детей, защитить мужа, не дать душе очерстветь. Её сила — в её любви. Образ Матрёны — это образ богатырши духа, русской женщины, которая «коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт». Эти знаменитые строки как нельзя лучше подходят к ней.
Но Некрасов показывает не только силу, но и страшную долю женщины в целом. Вспомним песни, которые поют крестьяне в главе «Пир на весь мир». Там есть ужасающая песня «О двух великих грешниках», но есть и не менее страшная песня о женской доле — «Голодная». В ней поётся о том, как мать в голодный год убивает своего грудного ребёнка, чтобы прекратить его мучения. Это апогей народного страдания, где материнская любовь проявляется в страшной, извращённой форме смерти. Эта песня показывает, до каких крайностей может довести нищета и бесправие, как ломается самая святая человеческая связь — связь матери и дитя.
Ещё один важный женский образ — это образ матери самого Гриши Добросклонова, покойной Домны. О ней мы узнаём из песен Гриши. Это образ простой труженицы, которая «солью слезами переношенной» кормила своего сына, вложила в него всю свою нежность и боль. Её любовь была неяркой, будничной, но именно она взрастила в Грише ту самую «семя любви», которое ляжет в основу его служения народу. Через образ матери Некрасов показывает истоки народного заступничества: оно рождается из сострадания, вскормленного материнскими слезами.
Даже в небольших эпизодах Некрасов умеет несколькими штрихами создать незабываемый портрет. Вспомним молодую вдову, которая на похоронах старосты больше думает о том, как бы её репутация не пострадала, если она не будет выглядеть достаточно печальной. Или женщин в главе «Последыш», которые изнывают от барских причуд, но вынуждены подыгрывать старому князту. Эти зарисовки добавляют к общей картине важные детали, показывая, как привычка к рабству и страх могут исказить даже естественные человеческие чувства.
Так кого же изображает Некрасов в своей поэме? Он изображает женщину-труженицу, женщину-мать, женщину-страдалицу и женщину-богатыршу. Её жизнь — это бесконечная жертва. Она жертвует своей волей, переходя в чужую семью. Жертвует своим здоровьем и молодостью в непосильной работе. Жертвует собой, спасая детей и мужа. Но в этой жертвенности — её величие. Некрасов не идеализирует крестьянку, он показывает её забитой, иногда суеверной, покорной судьбе. Но в момент наивысшей опасности для её семьи в ней просыпается такая мощь, перед которой отступают и начальство, и обстоятельства.
Образ женщины у Некрасова тесно связан с темой судьбы всей России. Как женщина терпит, надеется, любит и спасает свою семью, так и Россия, по мысли поэта, терпит, надеется и однажды найдёт в себе силы для спасения. Матрёна Тимофеевна — это сама Русь, многострадальная, но не сломленная. Её молчаливый вопрос в финале её исповеди — это вопрос ко всем нам: что такое настоящее счастье? И можно ли считать счастливой ту жизнь, которая состоит из череды преодолённых страданий?
Поэма заканчивается не историей Матрёны, а песнями Гриши Добросклонова, который видит счастье в служении народу. Но мне кажется, что без тех образов, которые я описал, без образа матери Гриши, без подвига Матрёны, не было бы и этого идеала. Потому что именно женщина, своим ежедневным, невидимым подвигом, сохраняет жизнь, веру и человечность в самых невыносимых условиях. Некрасов возводит русскую крестьянку на пьедестал не как царицу или святую, а как кормилицу и защитницу самой жизни. Её счастье — не в покое и богатстве, а в силе любить и выстоять. И в этом, как говорит поэт, есть «игра великая сил неземных», которая, возможно, и есть главная загадка и главная надежда русской души.