Доброе дело в воле не тонет на примере романа «Мастер и Маргарита»

Стоит произнести имя булгаковского романа, как перед глазами встают картины, наполненные магией, искромётным сарказмом и метафизическим ужасом. Бал у Сатаны, полёт над ночной Москвой, таинственный иностранный консультант. Но за всей этой фантасмагорией скрывается нечто простое и вечное, что мы порой упускаем из виду. Как часто мы слышим поговорку «Доброе дело в воле не тонет»? Она кажется такой знакомой и даже немного старомодной. Однако, прочитав этот сложный и многогранный роман, я вдруг понял, что именно эта простая мысль является его главным стержнем. Мир в книге полон произвола, несправедливости и зла, но любое искреннее добро, словно пробка, всплывает на поверхность, его невозможно утопить даже в самых тёмных водах.
Давайте начнём с того, что происходит в древнем Ершалаиме. История прокуратора Понтия Пилата — это, по сути, история о том, как человек пытается утопить свою совесть, свой порыв к добру в водах государственной необходимости и страха. Перед ним стоит беззащитный бродячий философ, обвиняемый в смелых речах против власти кесаря. И Пилат чувствует, что этот человек невиновен, более того, в нём есть какая-то необъяснимая чистота и правда. Внутренний голос, голос добра, шепчет ему: «Отпусти!» Это его воля к милосердию. Но тут же поднимается другая волна — волна трусости, которую сам Пилат позднее назовёт самым страшным пороком. Он боится за своё положение, за карьеру, доноса. И он совершает зло — утверждает смертный приговор.
Кажется, доброе дело — попытка спасти невиновного — потонуло без следа. Пилат пытается себя успокоить: он умыл руки, сделал всё по закону. Но нет. Добро не тонет. Оно начинает мучить его сразу же. Ему снится, что он идёт по лунной дороге с арестантом и они спорят о чём-то очень важном, и он понимает, что мог бы всё изменить. Эта мука совести не отпускает его ни на минуту. Даже через две тысячи лет, в вымышленном мире романа, Понтий Пилат всё так же сидит в своём каменном кресле на одинокой лунной площадке, обречённый вечно думать об одном и том же. Его.