Сочинение Картина Юрия Ракши «Проводы ополчения»

Картина Юрия Ракши «Проводы ополчения» — это не просто большое полотно в музее. Это окно в далекое прошлое, в один из самых тяжелых и героических моментов нашей истории. Когда я долго смотрю на нее, мне кажется, что я слышу тихий плач женщин, ржание коней и суровые слова молитвы. Художник сумел оживить тот давний день, когда Русь прощалась со своими защитниками, уходящими на верную гибель.
Перед нами раскинулся древний город, вероятно, Москва. Но это не привычный нам белокаменный Кремль. Стены и башни деревянные, крепкие, но такие уязвимые перед лицом большой беды. За ними видны купола церквей — опора и надежда в те времена. А сама беда уже здесь, она чувствуется в самом воздухе. Небо на картине тяжелое, низкое, цвета свинца и золы. По нему плывут темные, разорванные тучи, словно дым от уже сожженных врагом деревень. Это небо не сулит ничего хорошего. Оно давит на город, на людей, на всю землю русскую. И на этом мрачном фоне разворачивается главное действие — прощание.
Центр картины, ее сердце — это женщины. Они собрались на краю города, на высоком холме, откуда видна уходящая вдаль дорога. Это матери, жены, сестры, невесты. Их лица — это отдельная история, которую художник прописал с огромной любовью и болью. Вот пожилая женщина в темном платке. Она не плачет, ее глаза сухи и строги. В них читается бесконечная скорбь и гордая решимость. Она, наверное, уже провожала на войну отца, а теперь провожает сына. Она знает цену этой жертвы и принимает ее, как тяжкий долг.
Рядом с ней молодая жена. Она прижала к щеке маленького ребенка, а ее взгляд полон такого отчаяния, что смотреть на него невыносимо. Она понимает, что, возможно, в последний раз держит на руках сына, отец которого уже не вернется, чтобы увидеть, как он растет. А вот девушка в ярко-алом сарафане. Она стоит, высоко подняв голову, и смотрит вдаль, туда, где скрылся ее любимый. В ее позе — и тоска, и достоинство, и обет ждать, сколько бы ни пришлось. Художник одет женщин в цветастые, праздничные на первый взгляд, одежды. Но это не праздник. Это их последняя возможность быть красивыми для тех, кто уходит. Красный цвет здесь — это не только красота, но и цвет крови, цвет жертвы и страдания.
А где же те, кого провожают? Ополченцы уже уходят. Мы видим их со спины — уходящую колонну с копьями и стягами. Они не оборачиваются. Им нельзя оборачиваться, потому что сердце может не выдержать вида родных лиц, полных слез. Их фигуры теряются в пыли дороги и в сумраке надвигающегося дня. Они уходят в туманную даль, навстречу страшной битве — Куликовской. Мы не видим их лиц, но чувствуем их общую решимость, их тяжелый шаг, их молчаливую готовность умереть, но не пустить врага дальше.
Между женщинами и уходящим войском лежит пустое пространство — зеленая трава холма. Это пространство прощания. Оно уже преодолено словами, взглядами, последними прикосновениями. Теперь его нельзя пересечь обратно. Оно разделяет две жизни: прошлую, мирную, и будущую, полную ужаса и крови. Эта зеленая полоса земли кажется самой одинокой и печальной на всей картине.
Особое место в композиции занимает беременная женщина в золотистом платье. Она стоит немного в стороне, положив руку на свой живот. Это очень глубокий и мудрый образ. Она провожает мужа, но уже носит в себе новую жизнь, будущее Руси. Ее фигура — это символ надежды. Война отнимает жизни, но жизнь продолжается. Она будет рожать ребенка, который, возможно, никогда не увидит отца, но будет жить на этой земле, которую отец защитил. В ее позе нет истерики, есть тихая, сосредоточенная скорбь и огромная внутренняя сила.
На заднем плане, у городских ворот, мы видим еще одну группу людей — стариков и детей. Старики, которые сами уже не могут взять в руки меч, благословляют уходящих. Дети, еще не понимающие до конца всей трагедии, смотрят широко раскрытыми глазами на это необычное зрелище. Они запомнят этот день на всю жизнь, и эта память передастся их детям и внукам. Так рождается народная память, которую художник и запечатлел.
Картина написана теплыми, но очень тревожными красками. Золотистые, охристые, красные тона одежд женщин контрастируют с холодной синевой и серостью неба и дальнего леса. Земля под ногами еще хранит тепло ушедшего лета, но небо уже веет осенним, смертельным холодом. Этот контраст усиливает чувство тревоги и надвигающейся беды. Мастерство Ракши в том, что он не показывает саму битву, не показывает кровь и железо. Он показывает момент перед битвой. Момент, когда страх, любовь, долг и отчаяние борются в сердце каждого человека. И этот момент страшнее и выразительнее любой батальной сцены.
Когда я думаю об этой картине, мне вспоминаются строки из древних сказаний и песен. Такие же провождения должны были происходить в каждом городе, в каждом селе. «Проводы ополчения» — это памятник не только воинам, но и тем, кто остался ждать. Ждать с надеждой, которая с каждым днем тает, как свеча. Ждать, работать, молиться и растить детей. Сила духа этих женщин, их молчаливое мужество поражает не меньше, чем доблесть воинов. Они — тыл, который был не менее важен, чем фронт. Они хранили домашний очаг, веру и саму жизнь, пока мужчины хранили землю.
Эта картина учит нас понимать историю не как перечень дат и сражений, а как судьбу живых людей. За сухими словами «битва на Куликовом поле» стояли вот такие прощания в тысячах семей. Стояли слезы матерей, крепкие рукопожатия отцов, лепет детей. Юрий Ракша дал голос этим людям, позволил нам, живущим столетия спустя, заглянуть им в глаза и почувствовать частичку их боли и их веры.
Сегодня, в наше, казалось бы, спокойное время, эта картина не теряет своей актуальности. Она напоминает о том, что мир — это хрупкая ценность, которую кто-то всегда должен защищать. Она говорит о жертвенности, о любви к своей родной земле, о силе духа, которая помогает выстоять в самые темные времена. Она прославляет не войну, а людей, вынужденных взять в руки оружие, и тех, кто остается, неся свое невидимое, но тяжелое бремя.
В конце концов, «Проводы ополчения» — это картина о любви. О любви, которая сильнее страха смерти. Женщины отпускают своих самых дорогих людей, зная, что, возможно, прощаются навсегда, из любви к ним и к своей стране. А мужчины уходят на верную гибель из любви к этим женщинам, детям и к своей вере. Это очень печальная, но и очень возвышенная картина. Она заставляет задуматься о самом главном: что я готов защищать и чем готов пожертвовать ради тех, кого люблю. И глядя на это великое полотно, понимаешь, что память о таком подвиге и такой любви жива до сих пор, пока есть такие художники, как Юрий Ракша, и пока есть те, кто, затаив дыхание, стоит перед его картиной в тишине музейного зала.