Сочинение Основной пафос поэзии Пушкина

Мы привыкли говорить о великом русском поэте Александре Сергеевиче Пушкине как о солнце нашей поэзии. Эти слова звучат торжественно и немного официально. Но если отойти от привычных фраз и заглянуть в сами стихи, в сами строки, то можно понять, что пафос его поэзии — это не просто величие, а что-то очень живое и очень человечное. Это пафос свободы, пафос любви к жизни во всех её проявлениях и пафос бесконечной веры в человека.
Что такое пафос? Это главная эмоция, главное чувство, которое пронизывает творчество. У Пушкина оно менялось с годами, но всегда оставалось ярким и чистым. В юности, когда он был вольным студентом и потом молодым чиновником, его пафос был пафосом свободы и бунта. Он писал о свободе не как о сложной политической идее, а как о простом и ясном чувстве: свобода мысли, свобода слова, свобода от тирании. «Пока свободою горим, пока сердца для чести живы…» — эти строки из стихотворения «К Чаадаеву» знает каждый. Здесь пафос — это горящий огонь в душе, надежда на лучшее будущее для своей страны. Это не просто красивые слова, это крик молодой души, которая хочет видеть мир справедливым. В «Во глубине сибирских руд…» он говорит узникам, декабристам, что «не пропадёт ваш скорбный труд и дум высокое стремление». Это пафос веры. Веры в то, что даже в самых темных условиях светлая мысль и благородное дело не умрут. Это очень сильное чувство, которое заряжает читателя оптимизмом и силой.
Но Пушкин не был только политическим поэтом. Главный пафос его поэзии — это пафос жизни. Он любил жизнь бесконечно. Любил её красоту, её движение, её простые и сложные мгновения. Он мог написать о бурной осени: «Октябрь уж наступил — уж роща отряхает последние листы с нагих своих ветвей», и в этих строках чувствуется не печаль, а наблюдение за великим круговоротом природы. Он мог написать о зимнем утре: «Под голубыми небесами великолепными коврами, блестя на солнце, снег лежит», и мы видим не холод, а ослепительную красоту. Это пафос принятия мира. Мир для Пушкина — это нечто прекрасное, даже в его грустных или суровых сторонах. В стихотворении «Если жизнь тебя обманет…» он прямо говорит: не печалься, не сердись, день уныния пройдёт, а наступит день веселья. Это пафос светлой стойкости, философия, которая учит не падать духом.
Очень важная часть пушкинского пафоса — это пафос любви. Любовь в его стихах — это всегда светлое, возвышающее чувство. Даже когда оно несёт боль или разлуку, оно остаётся прекрасным. «Я помню чудное мгновенье: передо мной явилась ты…» — это не просто воспоминание о женщине. Это пафос чуда. Любовь как чудо, которое вдруг освещает всю жизнь, даёт ей смысл и красоту. После этого чуда даже в годы грусти и забвения душа хранит его свет. И когда чудо возвращается, жизнь снова наполняется божественными звуками. Здесь нет мелодраматичности, здесь есть огромная, чистая эмоция благодарности к жизни за то, что она даёт такие моменты. В других стихах любовь может быть тихой и преданной: «Я вас любил так искренне, так нежно, как дай вам Бог любимой быть другим». Это пафос великодушия. Любовь, которая даже в отказе желает счастья объекту своей любви. Это чувство выше обиды, выше эгоизма. Такой пафос делает поэзию Пушкина не только красивой, но и глубоко нравственной.
Нельзя забывать и пафос творчества, пафос служения поэта. Пушкин много думал о своей роли. В «Пророке» он описывает, как обычный человек превращается в глашатая высших истин. Это страшное и величественное превращение: «И он мне грудь рассек мечом, и сердце трепетное вынул, и угль, пылающий огнем, в грудь отверстую водвинул». Пафос здесь — пафос высокой ответственности. Поэт не просто развлекает людей стихами. Он видит, чувствует и говорит то, что другие не видят, и должен говорить это правдиво, громко, невзирая на трудности. Но в других стихах, например в «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…», пафос другой — пафос уверенности в том, что доброе слово, свободное слово не умрёт. «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал». Здесь главная эмоция — это чувство выполненного долга. Долга пробуждать в людях добрые чувства, воспевать свободу и милосердие. Это очень спокойный, очень взрослый и очень сильный пафос.
Наконец, есть в Пушкине и пафос простой человеческой дружбы, радости, даже веселья. Его послания друзьям, описания пиров, шумных встреч — всё это наполнено пафосом молодости и братства. «Друзья мои, прекрасен наш союз! Он, как душа, неразделим и вечен…» Это чувство единства, поддержки, того, что в мире есть люди, с которыми ты связан навсегда. Это пафос тепла, который противостоит холоду невзгод и одиночества.
Так какой же основной пафос поэзии Пушкина, если собрать всё вместе? Мне кажется, это пафос светлой человечности. Пушкин принимает жизнь как драму, но драму прекрасную. Он верит в лучшие стороны человека: в его стремление к свободе, в его способность любить глубоко и нежно, в его умение дружить и поддерживать, в его долг говорить правду и пробуждать добро. Его поэзия не угнетает, не запутывает, а освещает. Она говорит читателю: жизнь сложна, в ней есть страдания, несправедливость, потеря, но в ней также есть невероятная красота природы, сила любви, радость дружбы и высокая цель — быть свободным и добрым.
Этот пафос не устарел. Именно потому Пушкина читают в школе и потом всю жизнь. Его стихи не требуют сложных объяснений — они прямо говорят с сердцем. Они заряжают его тем же огнём свободы, той же светлой любовью к жизни, той же верой в добрые чувства. Пафос Пушкина — это пафос надежды. Надежды на то, что, несмотря на всё, человеческая душа может оставаться яркой, свободной и любящей. И в этом, пожалуй, его самое главное и самое нужное нам сегодня величие.