Сочинение Что приводит к омертвлению души? По Н. В. Гоголю

Понять, что такое «омертвение души», мне помогла книга, которая сначала казалась смешной и странной — «Мертвые души» Николая Васильевича Гоголя. Читая её, я не сразу осознал всю глубину, но потом, размышляя над образами героев, постепенно пришел к выводу: омертвление — это не физическая смерть, а медленный, страшный процесс угасания всего человеческого внутри человека. Гоголь, как мастер-хирург, вскрывает причины этой болезни души, и они, к сожалению, очень знакомы даже сегодня.
Первая и, пожалуй, главная причина — это поглощенность материальным, превращение жизни в бесконечное собирание вещей, денег, имущества. Герой поэмы Чичиков — живой пример. Его цель — приобрести «мертвые души», то бумаги о умерших крестьянах, чтобы потом получить на них деньги и стать богатым помещиком. Вся его жизнь — расчет, обман, холодная выгода. Но самое страшное, что вначале он был обычным ребенком, с обычными чувствами. Гоголь описывает, как отец учил его беречь и угождать каждую копейку. Эти уроки, словно ядовитые семена, дали ростки: постепенно все светлые мысли в Павле Ивановиче заменились одной — мыслью о богатстве. Душа его, как заброшенный сад, заросла сорняками корысти. Он не любит, не страдает, не восхищается красотой мира — он только покупает и продает. Когда единственной мерой всего становятся деньги, душа теряет способность чувствовать высокое и прекрасное, она мертвеет.
Другая причина — это остановка, застывание жизни в одном состоянии, бесконечное повторение одного и того же дня. Помещик Манилов, который все строит воздушные замки и ничего не делает, или Собакевич, похожий на медведя, грубый и думающий только о еде, или Плюшкин, превратившийся в «прореху на человечестве» из-за своей скупости — все они застыли. Их души омертвели потому, что в них нет движения, нет развития, нет жажды познать что-то новое. Плюшкин — самый страшный пример. Его дом — кладбище вещей, а сам он, в заношенном халате, более похож на бесполую тень, чем на человека. Жадность убила в нем не только щедрость, но и любовь к детям, память о друзьях, даже простое человеческое общение. Он живет среди хлама, как среди могил, и его душа стала частью этого хлама — мертвой и никому не нужной. Когда человек не стремится вперед, не учится, не открывает свое сердце новым чувствам и мыслям, душа покрывается пылью бездействия и постепенно умирает.
Омертвению души сильно помогает и равнодушие к другим людям, потеря способности видеть в них живых, чувствующих существ. Чичиков видит в каждом встречном только инструмент для своей цели — можно ли его обмануть, использовать, получить от него пользу. Для него крестьяне — не люди, а «души», единицы для сделки. Даже те помещики, которые вроде бы живут среди людей, как Коробочка или Собакевич, относятся к другим с холодным расчетом или грубой силой. Они не видят боли, не умеют сострадать. А душа, которая не может сострадать, уже не живая. Ведь одно из самых прекрасных свойств души — это любовь, готовность помочь, пожертвовать собой для другого. Если это свойство умирает, внутри остается пустота, холодное место, где не звучит ни один голос чужой печали или радости.
Интересно, что Гоголь показывает и обратное — как душа может пробуждаться. В той же поэме есть моменты, когда даже Чичиков, этот холодный приобретатель, на мгновение отступает от своей цели. Например, когда он видит молоденькую девушку на балконе или когда размышляет о списке «мертвых душ», и в нем просыпается странное чувство — почти как жалость к этим ушедшим людям, чьи names он теперь использует для обмана. Эти мгновения — как легкий ветерок над болотом: они показывают, что душа не умерла полностью, она только глубоко уснула, подавлена всем тем, что мы назвали причинами. Но если человек не воспользуется этим проблеском, не попытается вырваться из болота, душа окончательно затянется тиной.
Что же спасает душу от омертвения? Гоголь, хотя и строгый судья, дает нам ответ через свою любовь к России. В лирических отступлениях поэмы он с болью и надеждой описывает русскую землю, ее бескрайние просторы, ее таинственную силу. Он сравнивает Русь с живой, стремительной тройкой, которая несется вперед, в будущее. Эта тройка — символ живой души, которая не застывает, не поглощается вещами, а летит, открывая новые пути. Чтобы душа не умерла, ей нужно это движение — движение к свету, к добру, к высокой мысли. Душа должна быть связана с чем-то большим, чем собственный комфорт: с любовью к родине, с верой в идеал, с жаждой творчества.
Наши собственные жизни, конечно, не похожи на жизнь Чичикова или Плюшкина. Мы не покупаем «мертвые души». Но опасности, которые Гоголь показал, все еще вокруг нас. Сегодня человек тоже может погрузиться в бесконечное собирание — не крестьян, а гаджетов, одежды, лайков в социальных сетях. Он может остановиться в развитии, если решит, что учиться и меняться слишком сложно. Он может стать равнодушным, если будет видеть в других только фон для своей жизни. Все это — первые шаги к тому холодному состоянию, которое Гоголь назвал «омертвением».
Но у нас есть и выбор. Мы можем каждый день делать что-то, что питает души: читать хорошие книги, которые пробуждают мысли и чувства; помогать тем, кто рядом, даже в маленьких делах; стремиться узнавать новое и не бояться меняться; ценить красоту природы и искусства. Все это — противоядие от духовной смерти.
В конце своего сочинения я хочу сказать, что Николай Василийевич Гоголь, написав «Мертвые души», сделал нам огромный подарок. Он не просто создал интересную историю о странном афере. Он, как внимательный и иногда очень грустный доктор, поставил диагноз болезни, которая может поразить любого. И он показал, что эта болезнь начинается незаметно — с маленькой жадности, с ленивой мысли, с холодного взгляда на соседа. Но если ее не остановить, она может превратить живого, чувствующего человека в пустой сосуд, в «мертвую дущу».
Пусть его книга остается для нас не только школьным уроком, но и напоминанием: душа должна оставаться живой. А для этого ей нужно простые, но важные вещи — движение, тепло к другим людям и стремление к свету. Тогда, даже если вокруг много собакевичей и маниловых, мы сможем сохранить внутри себя тот огонь, который делает человека настоящим человеком.