Сочинение Н. Носов: Кукла

На днях, листая наш старый семейный фотоальбом, я наткнулся на пожелтевшую карточку. На ней мой папа, совсем еще мальчишка лет десяти, счастливо обнимает потрепанного плюшевого мишку с одним глазом. Я спросил его, почему он хранит эту фотографию и этого уродца. Папа улыбнулся и сказал: «Потому что он научил меня жалеть». Тогда я не очень понял его. А сейчас, после прочтения рассказа Николая Носова «Кукла», я будто прозрел. Эта небольшая история – не просто описание случая из деревенской жизни. Это крик души о самом главном, что теряют люди: об умении чувствовать чужую боль, о сострадании.
Всё начинается спокойно и даже поэтично. Рассказчик, от имени которого ведется повествование, приезжает в родные места, на речку Лиска. Он с теплотой описывает знакомые с детства места: песчаные косы, тихие заводи, где когда-то ловил пескарей. Природа прекрасна, но уже не та. Речка обмелела, заросла травой, и в этом чувствуется первая нота грусти, первая потеря. Он встречает старого знакомого, Акимыча, бывшего капитана, а теперь сторожа фермы. Это человек с огромными, «как лопаты», рабочими руками и тихим, задумчивым характером. Они сидят на берегу, молча курят, и эта тишина между ними – знак глубокого понимания и дружбы.
И вот, в эту мирную картину врывается страшная находка. Глазам рассказчика предстает не просто брошенная кукла. Это картина настоящего надругательства. С куклой жестоко, с ненавистью расправились: выкололи глаза, вырвали волосы, а на месте рта зияла дыра, заткнутая тряпкой. Она была брошена в грязь, в лопухи у самой воды. Меня, когда я читал это место, бросило в жар. Это же не просто сломанная игрушка. Это похоже на труп. Автор не зря описывает ее так подробно и страшно: «розовая голова вся в дырах, будто ее кололи шилом», «распоротый живот». Носов заставляет нас увидеть эту жестокость в деталях, чтобы мы почувствовали отвращение и ужас.
И тут происходит самое важное. Реакция рассказчика – это наша с вами возможная реакция. Он смотрит на куклу с брезгливым любопытством, думает о том, кто и зачем это сделал, и в конце концов… проходит мимо. Просто бросает: «Э-эх!» – и идет дальше к лодке. Он не тронул ее, не прибрал, не закопал. Он просто пожалел сам себя и свои воспоминания об испорченном месте. Это очень честно и очень страшно. Потому что так поступают многие из нас. Увидел мусор на тропинке – обошел. Услышал грубость – сделал вид, что не заметил. Столкнулся с проявлением жестокости – поскорее отстранился, чтобы не пачкать руки и душу.
Но есть в рассказе другой человек – Акимыч. Его реакция – это урок для всех нас. Он не просто увидел. Он узнал. Он сравнил куклу с человеком: «Лежит как живая». Для него это не предмет, не «вещь». В его восприятии с ней обошлись, как с живым существом. И старый капитан не может этого стерпеть. Его молчаливое спокойствие взрывается волной настоящей, горячей боли. Он не кричит на ветер, он обращается прямо к рассказчику, и в его словах – обвинение всему миру: «Теперь мало кто так способен разволноваться. Много стали смотреть равнодушно и на то, как изничтожают природу, и на то, как поганит кто окружающее».
Эти слова – сердце рассказа. Акимыч говорит не только о кукле. Он говорит о речке, которую запрудили и дали засохнуть. Он говорит о красоте, которую топчут. Он говорит о человеческом равнодушии, которое страшнее любой явной злобы. Злой человек что-то чувствует – ненависть, гнев. Равнодушный не чувствует ничего. И от этого он способен пройти мимо пакости, мимо чужого страдания, мимо смерти. Акимыч боится, что эта «бесчувственность» становится обычным делом. И самое ужасное, что он прав. Мы часто проходим мимо.
Дальше Акимыч совершает по-настоящему великий, почти священный поступок. Он не просто прячет куклу с глаз долой. Он хоронит ее. Как человека. Он аккуратно заворачивает ее в чистую тряпицу, несет, как ребенка, копает могилку на пустыре и опускает в землю. Для него это – ритуал прощания и памяти. Он делает это не для вида, не чтобы его похвалили. Он делает это потому, что иначе не может. Его душа требует отдать последнюю дань тому, над чем надругались. Стоя над этой маленькой могилкой, он произносит слова, от которых у меня защемило сердце: «Всё теперь не так как раньше… Люди-то другие стали…». В его голосе – не злость, а бесконечная усталость и печаль за этих «других» людей, за тех, кто способен на такую бессмысленную жестокость.
Кто же эти «другие»? Конечно, это дети. Подростки, которые ради скуки или чтобы покрасоваться перед друзьями, истязали бездушную игрушку. Но разве дело только в них? Акимыч-то указывает на корень зла: «Иной раз поглядишь, как он с вещью обращается… Он ее тиранит. Будто зло на нее какое-то держит. И ломает, и портит, и в огонь швыряет». Откуда в ребенке берется эта злоба? Она не с неба падает. Она вырастает из равнодушия, которое он видит вокруг. Из грубого слова, брошенного родителем. Из жестокой шутки сверстника, на которую все закрывают глаза. Из понимания, что можно сделать гадость и ничего за это не будет. Ребенок, который мучает кошку или рвет книгу, скорее всего, уже сам где-то в душе почувствовал боль и теперь вымещает ее на том, кто слабее. Кукла в рассказе – это лишь символ. Символ всего беззащитного и прекрасного, что можно безнаказанно уничтожить.
В финале рассказа рассказчик уже не может смотреть на мир прежними глазами. Он смотрит на цветущий луг, на синее небо, но красота эта теперь «казалась осиротелой». Слово «осиротелой» здесь – гениально. Осиротела – значит, потеряла что-то очень важное, что ее оберегало и наполняло смыслом. Этим «чем-то» была человеческая доброта, забота, сострадание. Теперь красота природы беззащитна перед равнодушием человека, как та кукла в лопухах. Рассказчик чувствует стыд. Стыд за то, что прошел мимо. Стыд перед Акимычем, который оказался человечнее и мудрее. Этот стыд – первая ступенька к исправлению.
Так что же хотел сказать нам Николай Носов этой короткой, но такой пронзительной историей? Он написал не рассказ про куклу. Он написал рассказ про нас самих. Про нашу способность жалеть. Жалеть не только живых – собак, кошек, людей, – но и вещи, природу, память, красоту. Потому что отношение к неживому очень точно показывает, что у нас внутри. Человек, который способен с ненавистью топтать цветок или ломать скамейку, наверняка так же легко пройдет мимо чужой беды.
Я закрыл книгу и снова посмотрел на фотографию папы с его одноглазым мишкой. Теперь я все понял. Он не жалеет мишку. Мишка – это просто кусок ткани. Он хранит в нем память о том мальчике, который мог пожалеть, который не выбросил старого друга, который что-то понял про верность и доброту. Рассказ «Кукла» – это такой же напоминающий знак для всех нас. Он стоит на нашей жизненной дороге, как та самая кукла в грязи, и задает нам неудобный вопрос: а мы-то что сделаем? Пройдем мимо, брезгливо поморщившись? Или, как Акимыч, остановимся, почувствуем боль и попробуем хоть немного исправить то зло, которое породило равнодушие?
Я хочу верить, что после этой истории я и мои сверстники будем хоть чуточку внимательнее. Не будем ломать ветки деревьев просто так. Поднимем брошенный на асфальт фантик. Скажем другу, если он обижает слабого. И, может быть, самое главное – не будем бояться почувствовать. Не будем стыдиться того, что нам жалко старую игрушку, затоптанный цветок или чужую печаль. Потому что именно эта способность жалеть и есть то, что делает нас людьми. А Акимыч из рассказа Носова навсегда останется для меня примером такого настоящего, большого человека, с «лопатами»-руками и огромным, чутким сердцем.