Сочинение Новый человек в «Собачьем сердце»

Конечно. Вот сочинение, написанное от лица школьника, но с попыткой сохранить художественную глубину и простоту языка.
## Сочинение. Новый человек в «Собачьем сердце»
Когда я впервые прочитал «Собачье сердце», мне стало очень жаль Шарика. Он был обычным дворовым псом, голодным, битым, с ободранным боком. Но в этом псе была какая-то удивительная живость, доброта, верность. Он мечтал о куске колбасы, о тепле, о том, чтобы его взяли к себе. И чудо произошло. Профессор Преображенский его подобрал. И это было настоящим счастьем. Шарик попал в рай: сытная еда, мягкий диван, тепло, ласка. Он даже научился ценить музыку и стал уважать порядок. Но потом профессор решил сделать из него человека. И вот тут-то и началась самая страшная история.
Почему я называю её страшной? Потому что в повести Булгакова показан не просто эксперимент по пересадке гипофиза. Это история о том, как уродливая идея превращает живое существо в чудовище. Шарик был умной, благодарной собакой. А Шариков — это уже не собака, но и не человек. Это что-то среднее, ужасное и агрессивное. Вместо того чтобы стать лучше, Шарик потерял свою лучшую часть — доброе собачье сердце. Ему пересадили гипофиз умершего преступника, алкоголика и хулигана Клима Чугункова. И весь этот мусор, вся грязь и злоба вылезли наружу. Новый человек оказался грязнулей, бездельником и хамом.
Самое интересное, что Шариков сам считает себя «новым человеком». Для него новый — значит, всё можно разрушать. Он с гордостью говорит, что «кошек душить надо», не хочет мыть руки, ругается матом и считает учёных паразитами. Он уверен, что всё самое главное — это «разделить всё по-братски». Ему кажется, что быть культурным — это стыдно, а быть хамом — это прогрессивно. Он искренне не понимает, зачем нужна опера, когда есть самогонка, зачем читать книги, когда можно играть на балалайке и петь песни про Айседору Дункан. Шариков — это страшная пародия на человека. Он похож на нарыв, который вскрылся в холодной квартире профессора.
Мне кажется, что Булгаков через эту историю хотел сказать очень важную вещь. Нельзя насильно сделать человека. Нельзя взять грубую силу, агрессию, невежество и, прикрывшись лозунгами о «новой жизни», объявить это идеалом. Шариков — это метафора той тёмной, животной силы, которая может вырваться наружу, если разрушить всё, что было создано до этого: культуру, порядок, знания. Ведь Шариков появляется именно в то время, когда всё вокруг рушится. Он — дитя революции, которая обещала всё начать с нуля. А с нуля, как показывает Булгаков, можно получить только пустоту и злобу.
Всё время, читая про Шарикова, я ждал, что он исправится, что в нём проснётся что-то от прежнего Шарика. Но нет. Чем больше ему давали, тем больше он требовал. Ему дали жильё — он захотел комнату с ванной. Ему дали возможность работать — он стал писать доносы. Он требовал «документ», он требовал прав, но не хотел нести никакой ответственности. Он пытался заигрывать с Зиной, хамил доктору Борменталю, угрожал самому профессору. Это был уже не добрый пёс, а хищник. И конец был жестоким, но, наверное, единственно правильным. Профессору пришлось сделать обратную операцию, и Шариков снова стал Шариком. Честно говоря, я вздохнул с облегчением, когда это случилось. Словно кошмар закончился.
Но самое страшное в повести — это не сам Шариков. А то, что его породило. Это идея «нового человека». Многие тогда верили, что можно взять «кусок мяса», слепить из него человека и назвать это достижением науки. Но Булгаков показывает, что «новый человек» не может появиться из агрессии и примитивности. Настоящий новый человек — это когда старый мир не разрушается, а развивается. Когда собака остаётся собакой, а человек — человеком.
В финале повести Шарик, уже снова пёс, лежит на коврике и спокойно смотрит на профессора. Ему больше не нужно быть «человеком». Он счастлив, что всё кончилось. И мне кажется, что это самый мудрый финал. Потому что настоящий прогресс — это не превращение собаки в уродливого человека, а умение оставаться собой, не теряя своего сердца. Ни собачьего, ни человеческого.