Сочинение Творчество Антона Павловича Чехова

Вот сочинение, написанное от лица школьника, но с глубоким пониманием чеховской прозы.

Когда я впервые открыл томик рассказов Антона Павловича Чехова, меня удивило, насколько всё в них просто. Казалось бы, банальные вещи: мужик потерял калошу, чиновник чихнул на лысину генерала, собака укусила пьяницу за палец. Никаких тебе роковых страстей, вулканов, дуэлей или восстаний. Только серая, унылая, скучная жизнь. Но чем больше я вчитывался, тем сильнее понимал: под этой простотой скрывается бездна. Чехов умудряется за одним единственным жестом, за паузой или за описанием заката показать трагедию человека, которая страшнее любой войны. Он как будто говорит: «Самое страшное происходит не в мире, а внутри нас, в наших душах».
Меня больше всего поражает в Чехове его умение быть абсолютно честным. Он не делит людей на героев и злодеев. У него нет «положительных» персонажей, которым мы должны подражать, и «отрицательных», которых мы должны ненавидеть. В рассказе «Тоска» старый извозчик Иона пытается рассказать кому-нибудь о смерти своего сына, но все прохожие равнодушны, им нет до него дела. В конце концов эту боль он вынужден выплеснуть… своей лошади. Мы читаем и чувствуем: вот она, трагедия одиночества. Но кто виноват? Те люди? Сам Иона? Жизнь? Чехов не выносит приговор, он просто фиксирует факт. Эта ледяная объективность и есть его главный инструмент. Он не морализаторствует, он показывает нам зеркало, в котором мы видим себя — такими же равнодушными, занятыми, погруженными в свою «футлярную» жизнь.
Особенно сильно это чувствуется в «Палате №6». Это же не просто рассказ о больнице, это символ всей России. Умный доктор Рагин, который философствует о том, что страдания нужны человеку, что в любой тюрьме можно быть счастливым, сам попадает в ту самую палату к сумасшедшим. И момент, когда он понимает, что весь его стоицизм — это трусость, и что боль невыносима, когда она касается лично его, — это, наверное, самый страшный момент во всей русской литературе. Чехов показывает, как страшно быть равнодушным, как страшно смиряться с несправедливостью, думая, что это «выше моего понимания». Ничего не выше! Нельзя закрывать глаза, когда рядом страдают люди.
Но Чехов не был бы великим писателем, если бы только пугал. У него есть потрясающая вера в человека, в будущее. Его герои часто говорят: «Через двести, триста лет жизнь будет прекрасна!». В пьесе «Вишневый сад» старый слуга Фирс остается заколоченным в доме, умирает, а молодые убегают в новую жизнь. Это грустно, но это движение. Чехов пишет о том, что нельзя цепляться за прошлое, даже такое красивое, как вишневый сад. Должен прийти новый садовник, который вырубит старые деревья и посадит новые. И в этом — огромный оптимизм. Чехов не даёт нам готовых ответов, но он учит нас чувствовать, учит видеть красоту даже в мелочах: в блеске звезд, в тихом вечернем небе, в грустной улыбке дурочки.
Читая Чехова, я понял одну важную вещь. Взрослая жизнь не состоит из одних только побед и великих свершений. Она состоит из тысяч маленьких «чиханий», обид, скуки и тихих радостей. И быть человеком — это не значит совершать подвиги. Это значит не проходить мимо чужой боли, уметь сострадать тому, кто потерял калошу, и ценить каждую минуту своей «серой» жизни, потому что она на самом деле уникальна. Чехов научил меня смотреть на мир внимательнее. И за это я благодарен ему больше, чем за любые учебники по истории или философии. Он — великий врач, который лечит не тело, а душу, помогая нам увидеть в себе Человека.