Сочинение Нравственная проблематика рассказов В.М. Шукшина

Василий Макарович Шукшин — это писатель, который умел видеть душу человека. Когда читаешь его рассказы, кажется, что он не сочиняет истории, а просто тихо стоит рядом с каждым своим героем и слушает, о чем они молчат. Нет в его книгах великих полководцев или космических путешественников. Есть простые люди — шоферы, плотники, сельские старики, странные чудики. Но именно через этих, на первый взгляд неказистых героев, Шукшин задает самые главные нравственные вопросы, которые мучают каждого из нас: зачем мы живем? Что такое совесть? Почему доброта так часто кажется смешной и неуместной?
Главная нравственная проблема рассказов Шукшина — это разрыв между душой человека и тем, как его воспринимает общество. Особенно ярко это видно в образе «чудика». Мы помним героя из одноименного рассказа, который никак не может вписаться в рамки обычной жизни. Он то раскрашивает детскую коляску, то теряет деньги, которые вез родным, то пытается помочь всем вокруг, но получает только насмешки. И вот здесь возникает вопрос: а кто на самом деле нормальный? Тот, кто живет по правилам, экономит каждую копейку и никогда не делает глупостей, или тот, кто сохранил в душе детскую веру в чудо и способность радоваться пустякам? Шукшин словно говорит нам: посмотрите, какую цену мы платим за свою «нормальность». Мы перестаем слышать друг друга, мы боимся показаться смешными, мы прячем свою доброту за маской суровости. А «чудик» — он, наоборот, соль этой земли. Его нелепые поступки — это попытка души вырваться из плена обыденности.
Другая важнейшая тема — это столкновение города и деревни, которое у Шукшина всегда имеет нравственный подтекст. В рассказе «Срезал» мы видим Глеба Капустина, деревенского мужика, который «срезает» приезжих горожан. Казалось бы, он умен, начитан, ловко пользуется фактами. Но почему же он оставляет после себя такое горькое чувство? Потому что его ум направлен не на созидание, а на уничтожение. Он не ищет правду, он ищет победу. И в этой победе нет доброты, есть только гордыня. Шукшин показывает, что настоящий нравственный закон — это не знание энциклопедий и не умение поставить оппонента в тупик. Это способность к состраданию. Глеб Капустин умеет побеждать в споре, но он проигрывает как человек, потому что его сердце осталось глухим. В этом и заключается трагедия: злой ум — страшное оружие, а доброта без мудрости — уязвима.
Особенно больно и пронзительно звучит у Шукшина проблема ложного стыда. Его герои часто стесняются своей нежности, своей любви к ближним. Вспомним рассказ «Материнское сердце» или «Классный водитель». Герои-мужчины часто не могут сказать мягкого слова, обнять сына или поблагодарить мать. Им проще выпить, нагрубить или уйти в работу, чем признаться в том, что они чувствуют. Шукшин обнажает эту страшную внутреннюю скованность, которая ломает жизни. Мужчина не плачет, мужчина не просит прощения, мужчина не прощает — вот негласные законы, которые превращают людей в одиноких волков. И когда герои Шукшина нарушают эти законы, когда они плачут, когда они просят прощения — это выглядит как подвиг. Потому что для этого нужно иметь огромное мужество — быть искренним.
Самая главная нравственная проблема, которая пронизывает все творчество Шукшина, — это проблема выбора между долгом и душой, между тем, что «надо» и тем, что «хочется». Каждый его герой стоит на распутье. Уйти ли от жены к любимой? Соврать ли начальнику, чтобы спасти товарища? Отомстить ли обидчику или простить? Шукшин не дает готовых ответов. Он честен. Он показывает человека во всей его слабости и во всей его силе. И это страшно и прекрасно одновременно. Страшно, потому что мы узнаем в этих мужиках и бабах самих себя. Прекрасно — потому что даже в самом падшем человеке теплится искра, желание быть лучше.
Читая Шукшина, понимаешь, что нравственность — это не свод правил, выученных в школе. Это ежедневный, тяжелый труд. Это умение пожалеть мать, которая состарилась. Это умение не выпендриваться, не задавить авторитетом того, кто слабее. Это способность увидеть душу в странном, нелепом человеке, которого все считают дураком. Шукшин учит нас самому трудному — человечности. Он словно берет за руку и ведет по темной комнате, включая свет в самых дальних уголках нашей совести. И после его рассказов хочется жить по-другому: не быть «как все», не бояться быть смешным, не стесняться любви и сострадания. Потому что самое страшное, по Шукшину, — это равнодушие и душевная глухота. Человек, который перестал чувствовать боль другого, перестает быть человеком. И пока в нашей жизни есть место «чудикам», которые разрисовывают коляски и дарят людям смех, — нравственность жива. А значит, жива и наша душа.