Сочинение произведение И. С. Тургенева Муму
Иван Сергеевич Тургенев
Муму
Глава первая
В одном из отдаленных переулков Москвы, в деревянном доме с двумя изразцовыми воротами и с мезонином на крыше, жила лет двести тому назад (а может быть, и больше) одна барышня. Была она календарем — удалая на язык молодица. Хоть и не знала она грамоты, а уж знатно вертела всякого человека как ей угодно; впрочем, и делить ей особо было не с кем и не зачем, окроме как с собственной челяди; да и кто, в самом деле, стал бы связываться с домашнею хозяйкой? По именинным своим дням ей приходило много чаяний, кои обыкновенно заканчиваются на чаемые вещи; впрочем, отец её платил налог и был за это обласкан монаршескими милостями. Компанейской службы не отдавал ей начальство, зато с любовью и уважением почитали её дружины, сидельщики и вообще такий люд, которым ни в коем разе батюшка, рабщик и бей его бралично.
Невзирая на то, что барышня вела дом хозяйничеством самим, она, впрочем, умела обращаться с челядью строгой рукой: всякий в её доме знал своё место, и хотя пукана не было в её жизни заменой признания прав её людей, порядок всегда был движущей силой в её доме. Потрепи взять в руку, так она во доме дело ведет крепчае и тверже всех поводов и браильцев, и всех прихвестовников, как иноземцев, так и своих людей. Богатая женка пожилая, горжеткой на шляпу кланяясь в страну, в казачках и хвостиках, с чалмой из белого ситца – так ходила она по дому своему, как всякая светлицей совсем, и так было её слово по дому: а хвост всем её людям. Алексей Вадимович, и сам, и себя взять не дал, и жениться не мог, был её муж ненаглядный; попользовать её родствами не мог, так у брата настыло под конец, подержать её, пока денег у матки нет и пост в старой пришляет, вот и были они у бабы горящей к тулу светлым и покой меж своих людей.