Эссе на тему «Чем грозит России ее дальнейшее снижение численности и как его остановить?»

Однажды в начале лета мы с дедушкой поехали на его старую родину, в деревню, где он родился и вырос. Сейчас там уже почти никто не живет. Дома стоят с пустыми черными провалами окон, крыши просели, и крапива вымахала выше человеческого роста. Мы зашли во двор его дома, где он мальчишкой бегал босиком, и дедушка долго молчал. Потом он сказал фразу, которую я запомнил на всю жизнь: «Здесь раньше звон стоял. Детский смех, петухи, коровы, бабьи голоса. А теперь — только тишина. Самая страшная тишина — это когда вымирает земля». В этот момент я впервые по-настоящему понял, что такое «снижение численности населения», о котором так много говорят по телевизору. Это не просто цифры в отчетах и статистика. Это исчезнувшие деревни, заколоченные школы в райцентрах, пустые автобусы, которые возят воздух, и старение самой страны.
Чем же грозит России это вымирание? Первое, что приходит в голову — это экономика. Но это если думать сухими терминами. Если думать сердцем, то это — потеря будущего. Когда рождается мало детей, закрываются роддома и детские сады. Потом школы. Учителя уезжают в города, потому что там есть работа и жизнь. В итоге страна превращается в дом, где в одной большой комнате сидят только старики, а детские комнаты пустуют. Кому через двадцать лет будет работать на заводах, строить дороги, учить новых детей, лечить нас, когда мы состаримся? Если эта тенденция сохранится, России грозит не просто нехватка рабочих рук. Грозит потеря территорий. В Сибири и на Дальнем Востоке и без того людей мало. Если их станет еще меньше, эти огромные, богатейшие пространства просто опустеют. А пустота, как известно, никогда не остается пустой — рано или поздно она заполняется чем-то другим. Это не шутки и не фантастика. Это геополитика, которая начинается с колыбели.
Еще одна беда, которая накрывает страну с головой при снижении рождаемости — это кризис смыслов. Зачем строить новую больницу в поселке, если там осталось пятьдесят жителей? Зачем прокладывать дорогу в забытую деревню? Вся наша цивилизация держится на том, что мы передаем что-то детям. Мы строим дома не для себя, а для тех, кто будет в них жить после нас. Мы сажаем деревья, которые вырастут только при наших внуках. Мы защищаем страну, думая о тех, кто будет ходить по этой земле, когда нас уже не станет. Если детей нет, то зачем всё это? Возникает социальная апатия, «не хочется ничего», нет стимула развивать производство, строить города. Страна начинает жить только сегодняшним днем, проедая ресурсы, доставшиеся от предков, и ничего не оставляя потомкам. А их, собственно, и нет — потомков.
Как же остановить этот страшный процесс? Я понимаю, что это сложнейшая задача. Но я, как обычный школьник, вижу несколько простых, на мой взгляд, вещей. Во-первых, у людей должна быть уверенность в завтрашнем дне. Мама и папа не будут рожать третьего или даже второго ребенка, если они живут в съемной комнате, а зарплаты хватает только на еду до получки. Государство сейчас много говорит о помощи, но иногда эта помощь приходит с такой бюрократией, что проще не рожать, чем собирать справки. Нужно делать так, чтобы материнский капитал и пособия давались легко и просто, как само собой разумеющееся. Чтобы ипотека для семей с детьми была не просто с низкой ставкой, а почти бесплатной. Чтобы в поликлинике к ребенку относились не как к живой очереди, а как к самому дорогому пациенту.
Во-вторых, и это, наверное, самое важное — нужно вернуть людям чувство, что они нужны своей земле. Это не делается деньгами. Это делается словом, культурой, кино, книгами. Сейчас в моде образ успешного человека: это молодой специалист в Москве, без детей, с кредитной машиной и отпуском на Мальдивах. А где образ героической мамы троих детей, которая живет в своем доме, печет пироги и при этом успевает быть счастливой? Где образ отца-многодетника, уважаемого человека, мастера своего дела? В обществе потребления дети часто воспринимаются как «обуза», которая мешает жить для себя. Нужно переломить этот стереотип. Нужно создать культ большой семьи. Чтобы было стыдно не иметь детей, как сейчас стыдно не иметь образования.
И, наверное, самое последнее — это любовь к своей малой родине. Та самая деревня, в которой я был с дедушкой, могла бы жить. Если бы там был фельдшерский пункт, если бы работал хоть какой-то заводик, если бы была дорога. Люди не хотят уезжать от земли предков, их гонит нужда и отсутствие перспективы. Мы тратим огромные деньги на большие стройки, но забываем про маленькие села. А Россия — это не только Москва и Петербург. Это бескрайние поля, леса и маленькие точки на карте, где теплится жизнь. Спасти Россию от вымирания — значит зажечь свет в каждом таком доме, в каждой деревне. Пока живет хоть одна семья на своей земле, у России есть будущее.
Когда мы уезжали из той деревни, дедушка обернулся и перекрестил пустой погост. Я подумал: а ведь это наша общая беда и общая задача. Если каждый из нас, вместо того чтобы ждать чуда от государства, просто родит и вырастит ребенка, привьет ему любовь к этой земле — мы победим тишину. Мы снова наполним страну звоном детских голосов. И это будет самой главной победой.