Жизненные ценности Чичикова, отношение к помещикам и «мертвым душам»

Когда читаешь поэму Гоголя «Мертвые души», главный герой Павел Иванович Чичиков кажется сначала человеком приятным и обходительным. Но чем дальше вчитываешься, тем яснее понимаешь: за этой сладкой улыбкой и учтивыми манерами скрывается холодный расчет и совершенно особая шкала ценностей. Чичиков — человек своей эпохи, времени, когда все измерялось деньгами, когда душа человеческая стала товаром, а понятия чести и совести превратились в пустой звук. Его жизненные ценности просты и страшны одновременно: богатство любой ценой, внешний успех и положение в обществе. И ради этого он готов на все.
Самый главный бог для Чичикова — это копейка. Помните его детство? Отец дал наказ: «Береги и копи копейку, эта вещь надежнее всего на свете». И Павлуша запомнил это на всю жизнь. Он не знал ни любви, ни настоящей дружбы, ни высоких стремлений. Вся его жизнь превратилась в одно большое накопительство. Но что интересно: деньги для него — не самоцель, не средство для удовольствий. Он не транжирит, не кутит, не прожигает жизнь. Нет, деньги для него — это лестница в высшее общество. Ему хочется быть уважаемым, богатым помещиком, иметь дом, семью, чтобы все на него смотрели с почтением. Но за этим внешним блеском — пустота. Он не способен на искренние чувства, на любовь, на сострадание. Даже когда он вздыхает о семье, это скорее мечта о статусе женатого человека, чем о настоящем тепле.
Отношение Чичикова к помещикам — это отдельная история. Собственно, на их характерах и строится сюжет. Интересно, что герой — отличный психолог. Он мгновенно улавливает слабые стороны каждого и подстраивается под собеседника. С мечтательным и пустым Маниловым он слащав, любезен до приторности. С грубой и хозяйственной Коробочкой — настойчив и даже груб. С разбитым и ленивым Ноздревым — осторожен, старается не связываться. С кулаком Собакевичем он становится твердым и расчетливым торгашом. А с Плюшкиным, олицетворяющим полное падение человека, Чичиков находит нужные слова, чтобы назвать его «почтенным стариком». Он как хамелеон меняет цвета, и это пугает. Он смотрит на всех этих людей не как на личности, а как на ступеньки к своей цели. Ему все равно, кто перед ним: добрый чудак или скупой тиран. Главное — чтобы сделка состоялась.
И тут мы подходим к самому страшному — к «мертвым душам». Для Чичикова это не трагедия, не горечь утраты человеческой жизни, а просто товар. Он покупает ревизские сказки, то есть списки умерших крестьян, которые по документам еще числятся живыми. С какой легкостью он рассуждает о них, называя их «мертвыми душами»! Но что такое душа для Чичикова? Это пустой звук. В его мире есть только цифры, прибыль, выгода. Реальные, живые люди, которые когда-то пахали, любили, страдали, для него превратились в способ получить заем в банке.
Гоголь показывает нам страшный перевернутый мир. В этом мире живые мертвы душой, а мертвые становятся предметом торга. Чичиков — это собирательный образ. В нем каждый из нас может узнать частичку себя, когда мы гоняемся за призрачным успехом, когда мы готовы наступить на совесть ради денег, когда мы забываем, что главное в человеке — его душа.
Парадокс в том, что сам Чичиков, при всей своей деловитости, — тоже «мертвая душа». В нем нет жизни, огня, вдохновения. Он как хорошо отлаженный механизм, который делает деньги из воздуха, но не способен на простое человеческое счастье. Смех Гоголя горький. Он заставляет нас задуматься: а не превращаемся ли и мы в таких Чичиковых, когда ставим материальное выше духовного? Не измеряем ли людей имуществом, а не их поступками?
В финале поэмы Чичиков разоблачен, но не побежден. Он уезжает из города, и автор намекает, что таких, как он, будет много. И это самое страшное. Потому что пока в мире ценятся не доброта и честность, а деньги и положение, всегда будут появляться новые Чичиковы. Они будут покупать «мертвые души», только уже не крестьян, а свои собственные. И главный урок, который мы выносим из поэмы: никакой успех, никакое богатство не стоят того, чтобы ради них терять душу. Потому что человек без души — это уже не человек, это пустая оболочка, умеющая только брать и копить, но не способная любить и жить по-настоящему.