Сочинение Откуда берутся зиловы? По пьесе Вампилова «Утиная охота»

Когда я впервые прочитал пьесу Александра Вампилова «Утиная охота», меня не покидало странное чувство. Казалось бы, передо мной обычная история: мужчина средних лет, инженер Виктор Зилов, запутался в собственной жизни, врет жене, изменяет, пьет, теряет друзей. Но почему-то после прочтения остается не горький осадок от встречи с плохим человеком, а щемящая тоска и вопрос, который не дает покоя: откуда берутся такие люди? Ведь Зилов — не монстр и не злодей, он просто человек, который разучился жить по-настоящему.
Вампилов не дает прямого ответа, словно предлагая читателю самому догадаться, из каких трещин в душе и в обществе вырастает это существо — «зилов». Мне кажется, что Зилов — это не просто имя, это диагноз целого поколения. Он родился из пустоты, из того страшного вакуума, который образуется, когда у человека нет настоящей цели в жизни. Посмотрите, чем занят Зилов? Он работает инженером в конструкторском бюро, но его работа — сплошная формальность. Он приходит на службу, отсиживает часы, но в его глазах нет огня. Ему всё равно, что он проектирует, кому это нужно и зачем. Единственное, что заставляет его сердце биться быстрее, — это предстоящая охота. Утиная охота становится для него символом чего-то настоящего, чистого, первобытного. Там, на озере, он чувствует себя живым. Но проблема в том, что охота — это не работа, не любовь, не семья. Это побег. Зилов прячется от жизни в мечту об охоте, как ребенок прячется под одеяло от страшной темноты.
Но откуда взялся этот страх перед настоящей жизнью? Думаю, Зиловы рождаются тогда, когда человек перестает уважать самого себя. Помните, как легко Зилов обманывает свою жену Галю? Как он цинично говорит ей о любви, а сам в это время встречается с официанткой Ириной? Он не мучается совестью, не испытывает угрызений. Вернее, он их испытывает, но как-то поверхностно, быстро. Словно его душа покрылась толстой коркой, сквозь которую уже ничего не пробивается. И самое страшное, что он знает себе цену. В сцене, когда друзья дарят ему похоронный венок, он сначала смеется, а потом вдруг понимает страшную правду: этот венок — символ его духовной смерти. Он уже умер как человек, и все вокруг это видят. Но вместо того, чтобы попытаться воскреснуть, Зилов злится, кричит, пытается застрелиться из ружья. Но даже на suicide у него не хватает решимости — он трусливо прячет ружье и снова берется за пиво.
Очень интересно, как Вампилов показывает механику превращения нормального парня в «зилова». У Зилова ведь было всё: молодость, способности, любящая жена, друзья. Но постепенно, шаг за шагом, он разменял свою жизнь на мелкую монету. Вот он начинает врать по мелочам, вот позволяет себе лишнюю рюмку, вот изменяет жене, а потом говорит себе: «Ничего страшного, завтра всё исправлю». Но завтра не наступает. Так и получается: человек незаметно для себя скатывается в болото лжи и равнодушия. И страшно то, что Зилов не одинок. Вокруг него такие же потерянные люди: его друг Сайпин, который тоже врет и приспосабливается, его начальник Кушак, который думает только о своем положении, официант Дима, для которого люди — просто клиенты. Это целая система, среда, в которой Зилов чувствует себя как рыба в воде.
И все же, задаваясь вопросом «откуда берутся зиловы?», я не могу не вспомнить одну деталь. В пьесе есть момент, когда Зилов остается один в своей комнате. Друзья ушли, жена ушла, любовница ушла. Он сидит с ружьем в руках и смотрит в окно. И в эту минуту он мне кажется не циником и не подлецом, а глубоко несчастным, заблудившимся мальчиком. Он сам не знает, как стал таким. Может быть, Зиловы рождаются из нашей общей усталости? Из нежелания бороться за каждый день своей жизни? Из привычки плыть по течению, надеясь, что всё само собой образуется? Наверное, каждый из нас хоть раз чувствовал себя немного Зиловым — когда хочется всё бросить, уехать на охоту или просто закрыть глаза и не видеть этой бессмысленной суеты.
Вампилов не дает рецепта, как спастись от судьбы Зилова. Он просто показывает нам зеркало. И если, читая эту пьесу, мы чувствуем боль и стыд, значит, мы еще живы. Значит, в нас еще теплится огонек, который у Зилова почти погас. А ответ на вопрос «откуда берутся зиловы?» прост и страшен: они берутся из нас самих. Каждый раз, когда мы говорим неправду, когда предаем друзей ради выгоды, когда делаем вид, что любим, а на самом деле просто пользуемся человеком, — мы рождаем нового Зилова. И самое ужасное, что этот Зилов живет внутри каждого из нас. Вопрос только в том, сможем ли мы найти в себе силы не дать ему вырасти и захватить нашу душу целиком.
Заканчивая это сочинение, я думаю о финале «Утиной охоты». Пьеса обрывается на полуслове. Зилов плачет, потом берет себя в руки и говорит, что едет на охоту. Мы не знаем, поедет ли он на самом деле, изменится ли он или всё останется по-прежнему. Вампилов оставляет нам надежду. Может быть, Зилов еще может воскреснуть? Может быть, его слезы — это первые капли дождя, которые смоют пыль с его души? Я хочу верить в это. Иначе зачем мы читаем книги и задаем себе трудные вопросы? Ведь если мы сможем понять, откуда берутся зиловы, может быть, мы научимся их побеждать. В себе. В своих близких. В этом мире, который так нуждается в правде и любви. А утиная охота… Она подождет. Потому что главная охота идет каждый день — охота за самим собой, настоящим, живым, способным чувствовать боль и радость, а не только холодное прикосновение ружейного ствола.